воскресенье, 4 мая 2008 г.

КОНСПЕКТ. КРИТИКА ГОТСКОЙ ПРОГРАММЫ. ГЛАВА 4, В

К. МАРКС КРИТИКА ГОТСКОЙ ПРОГРАММЫ (1)
КОНСПЕКТ
Начало конспекта. Первая страница. Пояснения.

Содержание:
Предисловие Ф.Энгельса
К.Маркс Письмо В.Бракке
К.Маркс Замечания к программе германской рабочей партии
Глава I.
Положение 1
Положение 2
Положение 3
Положение 4
Положение 5
Глава II.
Глава III.
Глава IV.
А. Свободная основа государства
В. Духовные и нравственные основы государства
Ф.Энгельс Письмо к А.Бебелю
Ф.Энгельс Письмо к К.Каутскому
Примечания
Выводы. Преодоление дурного социализма

К. МАРКС ЗАМЕЧАНИЯ К ПРОГРАММЕ ГЕРМАНСКОЙ РАБОЧЕЙ ПАРТИИ
Глава IV.

В. "В качестве духовной и нравственной основы государства германская рабочая партия требует:
1. Всеобщего и равного для всех народного воспитания через посредство государства. Обязательного посещения школы. Бесплатного обучения".
[1]

Равное для всех народное воспитание? Что представляют себе под этими словами? Воображают ли, что в современном обществе (а только о нем и идет речь) воспитание для всех классов может быть равным? Или требуют, чтобы и высшие классы были принудительным образом низведены до скромного уровня воспитания — народной школы,— единственно совместимого с экономическим положением не только наемных рабочих, но также и крестьян?
"Обязательное посещение школы. Бесплатное обучение".[2] Первое существует даже в Германии, второе — в Швейцарии и Соединенных Штатах в отношении народной школы. Если в некоторых штатах Северной Америки обучение в средних учебных заведениях также "бесплатно", то фактически это означает только, что высшие классы[3] покрывают расходы по своему воспитанию из общих налоговых средств. Заметим мимоходом, что то же самое относится к "бесплатному судопроизводству", которого требует пункт 5 раздела А. Уголовная юстиция повсюду бесплатна. Гражданская же юстиция занята почти исключительно конфликтами из-за собственности, следовательно, касается почти исключительно имущих классов. Что же, предложить им вести свои процессы за счет народных средств?
Параграф, относящийся к школам, должен был бы по меньшей мере требовать технических школ (теоретических и практических) в соединении с народной школой.
Никуда не годится "народное воспитание через посредство государства". Определять общим законом расходы на народные школы, квалификацию преподавательского персонала, учебные дисциплины и т. д. и наблюдать при посредстве государственных инспекторов, как это делается в Соединенных Штатах, за соблюдением этих предписаний закона,— нечто совсем иное, чем назначить государство воспитателем народа! Следует, наоборот, отстранить как правительство, так в равной мере и церковь от всякого влияния на школу. В прусско-германской империи (и здесь не поможет пустая увертка, что речь идет о "государстве будущего",— мы видели, как в этом отношении обстоит дело), наоборот, государство нуждается в очень суровом воспитании со стороны народа.
Но вся программа, несмотря на всю демократическую трескотню, насквозь заражена верноподданнической верой лассалевской секты в государство или, что ничуть не лучше, верой в демократические чудеса, или, вернее, она является компромиссом между этими двумя видами веры в чудеса, одинаково чуждыми социализму.
"Свобода науки" — так гласит один из параграфов прусской конституции. К чему он здесь?
"Свобода совести"! Если теперь, во время "культуркампфа"(13), хотели напомнить либералам их старые лозунги, то это можно было сделать только в такой форме: Каждый должен иметь возможность отправлять свои религиозные, так же как и телесные, нужды без того, чтобы полиция совала в это свой нос.[4] Но рабочая партия должна была бы воспользоваться этим случаем и выразить свое убеждение в том, что буржуазная "свобода совести" не представляет собой ничего большего, как терпимость ко всем возможным видам религиозной свободы совести, а она, рабочая партия, наоборот, стремится освободить совесть от религиозного дурмана. Однако у пас не желают переступить "буржуазный" уровень.
Я подошел теперь к концу, так как следующее далее в программе добавление не является существенной ее частью. Ограничусь здесь поэтому лишь краткими замечаниями.

2. "Нормальный рабочий день".[5]

Ни в одной другой стране рабочая партия не ограничивалась таким неопределенным требованием, но всегда указывала точно, какую продолжительность рабочего дня при данных условиях считают нормальной.

3. "Ограничение женского и запрещение детского труда".

Нормирование рабочего дня должно уже включать ограничение женского труда, поскольку оно касается продолжительности рабочего дня, длительности перерывов и прочее;
помимо того, оно может означать лишь запрещение женского труда в тех отраслях производства, которые особенно вредны для женского организма или же для женщин несовместимы с нравственностью. Если подразумевали именно это, то так и следовало сказать.
"Запрещение детского труда"! Здесь абсолютно необходимо было указать предельный возраст.
Полное запрещение детского труда несовместимо с существованием крупной промышленности и поэтому является пустым благочестивым пожеланием.
Проведение этой меры,—если бы оно было возможно,— было бы реакционно, так как при строгом регулировании рабочего времени сообразно с различным возрастом и при прочих предупредительных мерах для защиты детей раннее соединение производительного труда с обучением является одним из могущественнейших средств переустройства современного общества.

4. "Государственный надзор за фабричной, ремесленной и домашней промышленностью".

Имея в виду прусско-германское государство, следовало определенно требовать, чтобы фабричные инспектора были сменяемы не иначе, как по суду; чтобы всякий рабочий мог привлекать их к суду за нарушение служебных обязанностей; чтобы должность инспекторов занимали лишь лица с медицинским образованием.

5. "Регулирование труда заключенных".[6]

Мелочное требование в общей рабочей программе. Во всяком случае, следовало ясно сказать, что рабочие вовсе не хотят из опасения конкуренции, чтобы с уголовными преступниками обращались, как со скотом, и в особенности, чтобы их лишали единственного средства исправления — производительного труда. Уже это — минимум того, чего можно ожидать от социалистов.

6. "Действенный закон об ответственности".[7]

Следовало сказать, что подразумевается под "действенным" законом об ответственности.
Замечу, между прочим, что в параграфе относительно нормального рабочего дня забыта та часть фабричного законодательства, которая касается санитарно-гигиенических мероприятий и предохранительных мер против несчастных случаев и прочее. Закон об ответственности вступает в действие лишь тогда, когда нарушаются эти предписания.
Словом, и это добавление отличается такой же неряшливой редакцией.
Dixi et salvavi animam mеаm3).

Написано в апреле — начале мая 1875 г


Комментариев нет:

работы
конспекты
определения
заметки на полях




























[1] самое интересное. Наглядный пример того, что советские социалисты плохо усвоили Маркса.

[2] если бесплатное обучение - норма даже развитого буржуазного государства, то воспитание через посредство государства есть террор в области культуры и духовной жизни человека. ежедневная практика советского социалистического строительства доказывала это заключение.

[3] заметьте и в вопросе диктатуры и в вопросе обучения везде у Маркса в социализме или в его начальной стадии присутствуют имущие классы, поэтому "равное право" должно быть неравным. На мой взгляд и в социализме и в коммунизме оно останется неравным в силу того, что люди от природы "не равны" в своих способностях, но в социуме людей равны в своих правах.
красным выделено мной. Советский социализм как образчик лассалевского люзунга!

[4] даже материалист Маркс признает свободу совести, веры или не веры, но он ничего не говорит о терроре по отношению к церкви. Когда человек становится свободным экономически, то практика наталкивает его на мысль о возможности философствования с богом на равных. Но только философствования. Всякое ограничение другого человека в его вере есть собственное закабаление в атеистические предрассудки.

[5] советский социализм не смог преодолеть буржуазное право 8 часового рабочего дня, только потому что производительность труда не позволила ему это осуществить. Более того, что в конце существования советский социализм погряз в дефиците и неспособности удовлетворить все возрастающие потребности. отн.женского труда. см. чему равна стоимость рабочей сылы. найти и дать ссылку.





[6] при всем своем радикализме Маркс признает закон и суд, как средство и метод регулирования отношений в обществе. Но советский социализм превратил суд в машину по добыванию дешевой рабочей силы, необходимой для работы в лагерях. А так как конкуренция была устранена присвоением всех средств производства, то труд заключенных отличался от труда рабочих на свободе лишь дешевизной. Поэтому для решения грандиозных задач, всегда был в наличие более дешевый труд, чем тот, за который приходилось платить рабочим еще остававшимся на свободе. И те и другие на правах крепостных принадлежали партийно-государственной верхушке.

[7] об ответственности. Ответственность как и всякое другое в обществе есть, всего лишь, отражение условий развития.